Имена и фамилии в Истории одного города

Имена и фамилии в Истории одного города.

1. Имена, фамилии и клички, как средства выражения основных черт персонажей

Жизнеописания глуповских градоначальников открывает Брудастый Дементий Варламович. Однако, несмотря на то, что у этого человека есть имя и фамилия сам автор чаще всего называет его по прозвищу — Органчик. Прозвище указывает на механистичность мышления и действий персонажа, фамилия — на крайнюю его жестокость (брудастые — порода русских гончих собак, отличающихся большим ростом, злобным нравом и мёртвой хваткой преследуемой жертвы) . В своей совокупности два наименования героя создают ужасающий воображение тип. И действительно фамилия и прозвище полностью соответствует образу, нарисованному автором: "градоначальник оказался молчалив и угрюм. … едва вломился в пределы городского выгона, как тут же, на самой границе, пересек уйму ямщиков", "сверкнул глазами", "фыркнул — и затылок показал" . "Не потерплю!" и "Разорю!" — вся речь героя представляет собой эти две "пьесы", которые мог исполнять небольшой органчик, вставленный в порожнюю голову градоначальника. Автор обнажает нечеловеческую жестокость героя, обличает неспособность его вникать в суть происходящего, запрограммированность действовать и управлять угрозами, насилием, принуждением.

Действия героя полностью вытекают из содержания двух "пьес", лишний раз подтверждая его жестокую механистичность. Особенная острота и напряжённость возникают в тот момент, когда Органчик приказывает наказать глуповцев, выступивших в его защиту. Понятно, что такой Органчик ни перед чем не остановится в своём градоначальническом рвении.

Таким образом, все поступки и поведение рассматриваемого персонажа полностью характеризуются его фамилией и прозвищем, отличаясь жестокостью, упрямством и механичностью.

Следующий персонаж, характер и внешность которого полностью соответствуют его имени — виконт Дю Шарио Ангел Дорофеевич, французский выходец. Он в отличие от своих предшественников обладал действительно "ангельским" характером: никого не сек, был жизнерадостен, улыбчив, "веселился без устали, почти ежедневно устроивал маскарады", "мастерски пел он гривуазные песенки", "дел не вершил и в администрацию не вмешивался" . При нем глуповцам "жить было все-таки легко", "они чувствовали себя счастливыми и довольными" . Однако последствия правления столь "ангельского" градоначальника оказались скорее негативными: народ был развращен, пропало уважение к старшим, более того, "стариков и старух решили продавать в рабство" никто не хотел работать, люди перестали верить в единого бога, вернувшись к идолопоклонству. Таким образом, можно сказать, что "ангельские" поступки и поведение виконта дю Шарио привели к плачевным последствиям. Хотя при этом для глуповцев он, конечно же, являлся "ангелом" по сравнению с предыдущими градоначальниками. Возможно, именно поэтому финалом его начальствования в отличие от большинства предшественников и последователей является не смерть, а высылка.

В данном случае очень показательно проводимое в "Истории одного города" самими глуповцами сравнение между временами, наступившими после дю Шарио и временами "Онуфрия Иваныча господина Негодяева". Во времена последнего глуповцев еще секли. С появлением де Шапиро эта "мода была оставлена-с". "Во времена Негодяевых казалось, например, непростительною дерзостью, если смерд поливал свою кашу маслом. Не потому это была дерзость, чтобы от того произошел для кого-нибудь ущерб, а потому что люди, подобные Негодяеву — всегда отчаянные теоретики и предполагают в смерде одну способность: быть твердым в бедствиях. Поэтому они отнимали у смерда кашу и бросали собакам" . Из этого отрывка нетрудно видеть, что фамилия градоначальника Онуфрия Иваныча Негодяева также говорящая: автор, в данном случае, использует ее, желая прямо выразить свое отношение к этому типу градоначальников, которые к тому же отличаются порывами безумной ярости. Отрицательность этого персонажа особенно четко выявляется на фоне "ангельского" Дю Шарио. Поэтому не случайно, что именно между временами этих двух градоначальников и происходит сравнение в главе "Поклонение мамоне и покаяние".

Помимо Негодяева и дю Шарио в указанной главе перед читателем предстает еще один герой с говорящей фамилией — Грустилов Эраст Андреевич. Причем у этого персонажа говорящая не только фамилия, но также имя и отчество, так как критики, исследующие творчество Салтыкова-Щедрина утверждают, что этот персонаж был взят им из произведения Карамзина "Бедная Лиза" . Да и в самой описи градоначальников содержится указание на то, что Грустилов — друг Карамзина . Отсюда проистекает и весь стиль поведения этого градоначальника. Он в духе сентиментализма скромен, краснеет при разговорах о взаимных отношениях двух полов, отличается нежностью и чувствительностью сердца, "не мог без слез видеть, как токуют тетерева", "оставил после себя несколько сочинений идиллического содержания". "Но меланхолический вид прикрывал в нем много наклонностей несомненно порочных" , среди которых можно отметить склонность к растрате казенной собственности, сладострастию, идолопоклонству. Однако главными чертами характера Грустилова являются апатичность и безынициативность. Он подвержен чужому мнению и становится орудием в руках "убогих людей". Даже смерть персонажа укладывается в его общую характеристику, так как, по словам автора, он умер от меланхолии. Таким образом, в галерее градоначальников появляется еще один герой с говорящим именем и фамилией, который на всем протяжении повествования о нем живет и действует в соответствии с ними.

Наконец, последним и самым ярким представителем галереи градоначальников с говорящими именами является Угрюм-Бурчеев, который заменил Грустилова. Этот персонаж наделяется автором очень выразительными чертами: цепенящий, ужасный взгляд, который "органически совмещал непреклонность, почти граничащую с идиотством" ; он не проявляет никаких эмоций, на его лице всегда угрюмое выражение; "как человек ограниченный, он ничего не преследовал, кроме правильности построений. Прямая линия, отсутствие пестроты, простота, доведенная до наготы, — вот идеалы, которые он знал и к осуществлению которых стремился". Важной особенностью образа этого градоначальника является наличие полного описания его внешнего вида, благодаря сохранившемуся портрету: "это мужчина среднего роста, с каким-то деревянным лицом, очевидно никогда не освещавшимся улыбкой. Густые, остриженные под гребенку … волосы покрывают конический череп и плотно, как ермолка, обрамливают узкий и покатый лоб. Глаза серые, впавшие, осененные несколько припухшими веками; взгляд чистый, без колебаний; нос сухой, спускающийся от лба почти в прямом направлении книзу; губы тонкие, бледные, опушенные подстриженною щетиной усов; челюсти развитые, но без выдающегося выражения плотоядности, а с каким-то необъяснимым букетом готовности раздробить или перекусить пополам. Вся фигура сухощавая с узкими плечами, приподнятыми кверху, с искусственно выпяченною вперед грудью и с длинными, мускулистыми руками. Одет в военного покроя сюртук, застегнутый на все пуговицы" . Исследователи творчества Салтыкова-Щедрина полагают, что под образом Угрюм-Бурчеева скрывается реальный государственный деятель — Аракчеев . Нетрудно видеть определенное сходство между фамилиями этих персонажей, что является еще одним аспектом проблемы говорящих фамилий в "Истории одного города".

Подводя итог, необходимо отметить, что некоторые члены галереи градоначальников Салтыкова-Щедрина наделяются фамилиями, именами и кличками, которые характеризуют их характер, стиль поведения и образ жизни. Это еще раз подтверждает не случайность их присвоения героям. Здесь же прослеживается и один из аспектов роли, которую играют имена, фамилии и клички в произведении — они характеризуют образ градоначальников. Нетрудно видеть, что имя, фамилия или кличка зачастую больше говорят об их носителях, чем поступки. Так в "Истории одного города" содержится сравнительно немного информации о градоначальнике Негодяеве Онуфрии Ивановиче, однако его фамилия открыто говорит об отношении к нему глуповцев и его сущности. Однако бесспорно, что это не единственный аспект роли имен, фамилий и кличек в книге, так как не все фамилии указывают на характер их владельцев. Поэтому необходимо определить какую же смысловую нагрузку несут оставшиеся имена, фамилии и клички и какое вообще значение все они играют для произведения.

2. Смысловое и эмоциональное содержание имен, фамилий и кличек в "Истории одного города"

Итак, совершенно очевидно, что каждое имя, фамилия и кличка, которые используются в Салтыковым-Щедриным несут определенную смысловую нагрузку, выполняя свою роль. Некоторые из них помогают передать характер героев, другие позволяют понять отношение автора к ним или используются в качестве художественного приема.

Первым в ряду своих градоначальников Щедрин представлял себе (когда весь замысел еще не определился) будущего Прыща — градоначальника с фаршированной головой . Почему автор дает своему герою именно такую фамилию-кличку, что он хочет этим сказать или это просто случайность? Как уже было отмечено, выбор Щедрина не случаен. Однако ни в одном источнике нет ответа на вопрос о причинах наделения персонажа такой фамилией. Это позволяет выдвинуть свою позицию по этой проблеме. Выбор этой фамилии говорит, прежде всего об отношении Щедрина к своему персонажу. Прыщ является ненужным элементом общества, помехой, вредным элементом общественного организма. Он, как и Органчик, обладает искусственной головой, однако у него она фарширована. Этим автор хотел показать и высмеять бюрократическую "безмозглость" русской государственной власти . У него голова фаршированная, поэтому Прыщ не способен администрировать, его девиз — "Отдохнуть-с". Щедрин убежден, что градоначальникам и градоначальничеству должен прийти конец, так как это социальная болезнь. В письме 1871 года А.Н. Пыпину он подчеркивал: "…Градоначальник с фаршированной головой, означает не человека с фаршированной головой, а именно градоначальника, распоряжающегося судьбами многих тысяч людей" . Прыщ не занимается управлением, изданием законов и благодаря этому в Глупове наступает необычайное процветание. Здесь проявляется еще один аспект фамилии героя: если не обращать внимания на прыщ, то он не мешает. А ведь именно помехи со стороны градоначальников и является главным препятствием к процветанию глуповцев.

Другим героем с яркой именем и фамилией является градоначальник Иван Матвеевич Баклан. Он якобы происходит от колокольни, причем от самой высокой. От Ивана Великого. Отсюда и имя этого персонажа. В этом эпизоде отчетливо прослеживается в гротескной форме стремление сильных мира сего обосновать свое высокое происхождение. Фамилия этого персонажа так же не случайна. По словарю Даля баклан — это болван, чурбан, чурка . Это очередной намек на глупость и некомпетентность градоначальников.

Интересным представляется также использование имен в "Сказании о шести градоначальницах". В течение семи дней после того, как Глупов остался без градоначальника, на власть в городе в течение семи дней претендовали шесть женщин. Первой кто замыслил стать правительницей Глупова, была Ираида Лукинишна Палеологова. Сам автор указывает на то, что, нося фамилию Палеологова, она видела в этом тайное предназначение . Действительно, если вспомнить историю, то Софья Палеолог была последний из великого рода византийских императоров, которую взял в жены Иван III. Второй предъявила свои права Клемантинка де Бурбон, отец которой был некогда где-то градоначальником. Третья претендентка, ревельская уроженка Амалия Карловна Штокфиш, которая основывала свои претензии единственно на том, что она два месяца жила у какого-то градоначальника в помпадуршах. Четвертой предъявила свои права на власть Анелия Алоизиевна Лядоховская, которая была однажды "призываема к градоначальнику". Что же касается пятой и шестой претендентки — Дуньки-толстопятой и Матренки-ноздри.

Итак, нетрудно видеть, что облик претенденток сатирически снижается. Так же дело обстоит и с их именами. Так если поначалу первая из претенденток именуется Ираидой Лукинишной Палеологовой, то уже на следующей странице устами летописца, о ней говорится "злоехидная оная Ираидка". Вторая претендентка из Клемантинки де Бурбон превращается в "беспутную ону Клемантинку". В свою очередь Амалия Карловна Штокфиш и Анелия Алоизиевна Лядоховская превращаются соответственно в Амальку и Нельку . Здесь имена играют очень важную роль. Благодаря их использованию автор обличает главный порок глуповцев: человек, находящийся у власти вызывает у них чувство пиетета, неоправданного восхищения. Однако когда этот человек теряет власть, отношение к нему резко меняется в противоположную сторону. "… она (Клемантинка) продолжала сидеть в клетке на площади, и глуповцам в сладость было, в часы досуга, приходить дразнить ее, так как она остервенялась при этом неслыханно, в особенности же когда к ее телу прикасались концами раскаленных железных прутьев".

Еще одним значительным персонажем является Феофилакт Иринархович Беневоленский. На первый взгляд фамилия этого персонажа ничем не примечательна. Однако здесь, по мнению ряда исследователей, наблюдается еще одна историческая аналогия: прообразом Беневоленского является государственный деятель эпохи Александра I — М. М. Сперанский . Салтыков-Щедрин сам подталкивает читателя к этой аналогии, указывая, что этот градоначальник — "товарищ Сперанского по семинарии" . Данное утверждение подтверждается так же деятельностью Беневоленского на посту градоначальника, так как он "оказывал склонность к законодательству" . Таким образом, нетрудно видеть еще один аспект роли, которую выполняют в книге фамилии градоначальников. В случае с Угрюм-Бурчеевым и Беневоленским они позволяют автору провести определенную историческую аналогию между реальными государственными деятелями и своими персонажами. В этом ряду можно отметить также Петра Петровича Фердыщенко. Хотя фамилия этого градоначальника не перекликается тесно с его прототипом, однако сам автор прямо указывает, что его герой "бывший денщик Потемкина". И в главе "Фантастический путешественник Фердыщенко вздумал путешествовать. "Очевидно, он копировал в этом случае свого патрона и благодетеля, который тоже был охотник до разъездов и любил, чтоб его везде чевствовали" . Однако возможно в данном случае Салтыков-Щедрин не стремится провести аналогию между прототипом и своим персонажем посредством созвучности их фамилий. Скорее здесь также имеет место выражение своего эмоционального отношения к градоначальнику через наделение его достаточно ироничной фамилией. Причем этот персонаж не единственный — ироническими фамилиями наделен и ряд других градоначальников: Лавмрокакис, Бородавкин, Прыщ. В данном случае налицо ирония автора над градоначальниками, их высмеивание.

Таким образом, можно отметить, что фамилии, имена и клички выполняют в произведении Салтыкова-Щедрина огромную роль. Зачастую они сообщают нам больше, чем краткая характеристика их деятельности, которая содержится в описи градоначальников. Используя говорящие фамилии и имена, автор книги показывает свое отношение к градоначальникам, акцентируя негативные черты не только их характера, но и вообще самого института градональничества. Имена, фамилии и клички несомненно содержат определенную смысловую нагрузку, однако не меньше и их эмоциональная окрашенность.

Анализируя достаточно содержательную галерею градоначальников можно сделать еще один вывод о роли их имен, фамилий и кличек. Глуповские градоначальники отличаются друг от друга. Один из них характеризуется "безумной отвагой" (Урус-Кугуш-Кильдибаев даже брал однажды приступом свой собственный город), другие — легкомыслием, третьи — косноязычием. Попадаются среди них экземпляры телосложения хилого или — наоборот — весьма крепкого, роста высокого (Иван Баклан "был роста трех аршин и трех вершков") или малого (Никодим Иванов "был столь малого роста, что не мог вмещать пространных законов") . Однако многообразие градоначальников при ближайшем рассмотрении оказывается несущественным. Главная причина этого кроется в том, что сам характер их градоначальничества требовал некоторого однообразия, как внутреннего, так и внешнего. Градоначальники похожи друг на друга в главном, что вся их деятельность, все поступки и начинания сводятся к одному: выколачиванию "недоимок" и пресечению "крамолы".

Иначе говоря, многообразие градоначальников оборачивается на самом деле их поразительным однообразием. Таким образом, по всему произведению красной нитью проходит мотив многообразного однообразия. В "Описи градоначальников" этот мотив персонифицируется: перед читателем предстает целая галерея правителей и содержится краткая характеристика каждого из них. Однако в последующем повествовании выясняется, что на самом деле градоначальник — это только функция —карающая, пресекающая и взыскивающая — а все человеческие качества уходят на второй план. Таким образом, главное различие градоначальников заключается не в их действиях и характерах, а в их именах, фамилиях и кличках. Таким образом, последние играют с одной стороны персонифицирующую, а с другой углубляющую, акцентирующую это самое однообразие роль.

Итак, роль имен фамилий и кличек в "Истории одного города" очень велика. Они являются одновременно и художественным средством выражения позиции автора, и необходимым элементом самой сущности произведения.

Выводы

Роль этих содержательных элементов, имен, фамилий и кличек, в произведении Салтыкова-Щедрина "История одного города", действительно огромна и многогранна. Она не ограничивается одним или двумя аспектами. Совершенно очевидно, что выбор для своих героев тех или иных имен и фамилий был для Салтыкова-Щедрина не случаен.

Во-первых, некоторые имена и фамилии непосредственно указывают на характер персонажа, сообщая о нем больше, чем его поступки и поведение. Некоторые градоначальники полностью оправдывают свои имена, фамилии и клички. Среди них Брудастый Дементий Варламович (Органчик), Дю Шарио Ангел Дорофеевич, Негодяев Онуфрий Иваныч, Угрюм-Бурчеев и некоторые другие. Кроме того, в данном случае проявляется не только характер градоначальников, но и отношение к ним самих глуповцев: так отношение к Ангелу Дорофеевичу у них гораздо лучше, чем к Негодяеву, что особенно четко прослеживается при сравнении времен их градоначальничества.

Во-вторых, имена и фамилии не только передают характер героев, но и отношение к ним самого Салтыкова-Щедрина. Анализируя фамилии и имена, которые автор дает своим персонажам можно очень четко определить его отношение к институту градоначальничества вообще. Так персонажи Салтыкова-Щедрина наделяются фамилиями Прыщ или Бородавкин, что указывает на их бесполезность, на то, что они является болезнью общества помехой для его функционирования и относится к ним нужно соответственно. Да и вообще практически все фамилии градоначальников носят иронический характер. Тем самым автор высмеивает их как явление.

В-третьих, назначение некоторых имен и фамилий видится в том, чтобы провести определенные исторические аналогии между некоторыми персонажами и реальными историческими деятелями. Так фамилия Угрюм-Бурчеева созвучна с фамилией Аракчеева, а фамилия Беневоленский с фамилией Сперанского. Это указывает на то, что, создавая свое произведение Салтыков-Щедрин, задумывал его как сатиру на российскую историю, хотя сам автор с этим не соглашался.

Наконец, очень важным аспектом роли имен, фамилий и кличек градоначальников является стремление подчеркнуть многообразное единообразие этих персонажей. Автор, наделяя своих героев такими яркими, запоминающимися разнообразными именами и фамилиями, указывает на то, что это, в сущности, единственное их различие. Не случайно зачастую при прочтении "Истории одного города" в памяти остаются не поступки того или иного градоначальника, так как они носят однотипный характер, а их фамилии, некоторые из которых стали нарицательными.

Таким образом, имена фамилии и клички выполняют в произведении одну роль, однако она является очень масштабной и имеет несколько аспектов. Они передают характер персонажей, отношение к ним автора, раскрывают смысл произведения. "История одного города" является ярким примером удачного использования такого художественного элемента, как говорящие имена и фамилии.

Литература

1. Салтыков-Щедрин М.Е. История одного города//Собр. Соч. в 20-ти томах. — Т. 8 — М.: Художественная литература, 1961 г.

2. Билинкис Я.С. Русская классика и изучение литературы в школе. — М.: Просвещение, 1986 г.

3. Литература//Н.М. Северикова и др. — М.: Высшая школа, 1981 г.

4. Макашин С.А. Город Глупов перд судом Щедрина. — В кн.: М.Е. Салтыков-Щедрин История одного города. — М.: Гослитиздат, 1979 г.

5. Николаев Д.П. История одного города М.Е. Салтыкова Щедрина//Три шедевра русской классики. — 2-ое изд. — М.: Художественная литература. 1971 г.

6. Прозоров В.В. Салтыков-Щедрин. — М.: Просвещение, 1988 г.

7. В. И. Шенкман Неразрушимый вечно город Глупов